Родился в 1890 г. в семье бедного крестьянина в местечке Романово Дзержинского района Житомирской обл. Украинской ССР. Как сам пишет он о себе в своей автобиографии, воспитывался в Киево-Печерской лавре.
В постановлении на арест от 27 сентября 1940 г. указано, что он до 1917 г. служил певчим в архиерейском хоре Киево-Печерской лавры. С 1924 г. – священник села Германовская слобода, Киевской обл. В 1929 г., на момент первого ареста, как сам писал о. Антоний в своем письме к Сталину, священствовал в селе Боровенске Мосальского района Смоленской обл. Был членом церковного совета.
Первый раз о. Антоний был арестован 13 декабря 1929 г. в селе Боровенске органами ГПУ и осужден тройкой при ПП ОГПУ Западной обл. 23 февраля 1930 г. на 10 лет концлагерей за контрреволюционную деятельность, по статье ст.58-10, 58-11 УК РСФСР. Этот первый срок о. Антоний отбывал в Соловецких лагерях.
Намного позже, в 50-х годах, уже после своего второго срока, о. Антоний близким людям рассказывал, что приходилось претерпевать в лагерях. И даже те скудные воспоминания он открывал вынуждено, только в утешение приходящим к нему в скорби духовным чадам, больше предпочитая молчать о себе.
Монахиня Прискилла (Баталова), знавшая его лично, вспоминала, что батюшка рассказывал, как заключенных на Крещение Господне в лютые морозы «крестили», обливая из противопожарных рукавов струей ледяной воды. Со слов о. Антония, кто-то сразу падал, «как глыба» и умирал, а кому-то ничего и не было. Матушка уверена, что это он про себя говорил, только по смирению своему не открывался.
Еще о. Антоний рассказывал, как на Соловках ослабевших узников бросали в камеры с крысами. Изголодавшиеся крысы до белых косточек объедали людей. Только к батюшке они не подошли... Однажды в ночь на Святую Пасху его посадили в мешок, и он так, по памяти, пел Пасхальные каноны весь день, славя Господа.
Много мук, издевательств и лишений пришлось испытать иерею Антонию в лагерях, как и тысячам другим страдальцам и исповедникам веры. По словам батюшки, и иглы под ногти вонзали, и жестоко избивали. В минуты редких воспоминаний вслух о тех ужасах, по словам духовных чад, на глазах батюшки всякий раз выступали слезы.
Отбыв весь срок до конца, о. Антоний, как сам он пишет в том же письме к Сталину, освободился и прибыл в г. Бузулук в 1939 г. Пробыв на воле всего 8 месяцев, он вновь был арестован Бузулукским РО НКВД за нелегальное крещение детей.
Получив снова 10 лет лишения свободы, с последующим поражением в избирательных правах сроком на 5 лет, батюшку отправили в ИТК № 2 НКВД ст. Колтубанка Чкаловской (Оренбургской) обл.
В областном архиве сохранилось письмо иерея Антония к И. В. Сталину от 21 февраля 1946 г., где он глубоко осмысливает все происходящее и приводит слова прокурора на суде, который требовал от судьи дать ему срок только за то, что его первый не исправил.
Читая письмо о. Антония к Сталину, поражает его глубокая вера, полное упование на волю Божию и безропотное терпение, с каким он переносил все 20 лет заключения. В протоколах допросов нет ни намека на озлобленность к оклеветавшим его людям, даже присутствует некоторое сочувствие к их слабости.
О. Антоний писал: «За все время моего пребывания в заключении я никому никуда не писал кассационной жалобы, приписывая судьбу свою воле Божией, и честным трудом и поведением отбывал и отбываю сроки своего наказания, – и как первый, так и второй полагал в молчании закончить; но так как физические силы мои ослабели, болезни требуют условий, сердце жаждет увидеть еще семью и родных, а главное, душа стремится к достойному приготовлению к христианской кончине, и я решил обратиться к Вам, дорогой Иосиф Виссарионович…» Все письмо содержит глубокое исповедание веры и духовное осмысление всего происходящего, так что назвать его жалобой (чем оно является в юридическом смысле), не поворачивается язык.
Отбыв до конца свой второй срок заключения, о. Антоний прибыл в Орск в 1950 г. на поселение. Как позже рассказывал сам батюшка, идти было некуда кроме как к «своим», т.е. в храм. Его приютила одна верующая прихожанка Аннушка, у которой он и прожил до самой смерти. Она и ее сестра Ольга ухаживали за ним, а их дом стал местом сбора верующих, которые стекались к о. Антонию за утешением и духовным советом. Аннушка говорила, что батюшка ей обещал: «Аннушка, где я буду, там и ты будешь».
Благодаря воспоминаниям духовных чад батюшки можно воссстановить наиболее полно образ истинного пастыря и христианина, который являл собой иерей Антоний Ткачук. Удивительно как Господь прославляет своих верных рабов по слову Св. Евангелия: «Не укроется светильник под спудом». О. Антоний прожил в Орске менее года после освобождения и скончался уже в ноябре 1951 г., собрав вокруг себя духовных чад; память о нем не умолкает уже 60 лет.
По воспоминаниям очевидцев, батюшка был очень кроткого нрава, мало говорил о себе и о своей семье. Известно только, что у него была матушка и 3 сына, о судьбе которых ничего не известно. После своего второго заключения он ездил к себе на родину, но никого там не нашел. Только позже к нему приезжали родные сестры – инокини Мария и Анна.
Батюшка был хрупкого телосложения и имел звонкий, «ангельский голосок». То, что он до революции был певчим в архиерейском хоре Киево-Печерской лавры, никто не знал.
По воспоминаниям духовных чад, о. Антоний всего один раз служил в Орском Покровском храме по разрешению настоятеля о. Вениамина Ионова. Говорят, это была незабываемая служба.
Еще при жизни проявлялось много духовных дарований батюшки. Однажды девица Вера, тайно давшая обет Богу не выходить замуж, встретив о. Антония в храме поприветствовала его поклоном до земли и словами: «Ба-тю-шка!!!», на что тот в свою очередь, поклонившись ей, ответил: «Здравствуй, матушка!». Девица смутилась и стала протестовать, на что получила ответ, что будет матушкой. И действительно, вскоре она приняла постриг и стала матушкой (тайной монахиней).
Отцу Антонию было открыто о дне своей смерти. Однажды, будучи уже тяжело больным (по сведениям ЗАГСа официальной причиной смерти значится – рак легкого), батюшка попросил Аннушку позвать к нему священников, сказав: «Сегодня буду отходить». Пришедшие священники медлили с отходной, а батюшка смиренно сидел на коечке и ждал. В ответ на вопрос, как его хоронить, еще и шутил, дескать, привяжете к хвосту осла, и пусть волочит. Как только те вышли зачем-то в коридор, он лег на кровать и тихо отошел ко Господу. Вот тут и начали читать по нем...
На самих похоронах происходило много дивного. Монахиня Прискилла (Баталова) рассказывала, что потеряв духовного отца, она не могла утешиться – рыдала, не поднимая головы, шла за гробом. Когда ее знакомая сказала ей, показывая на небо: «Ты что плачешь?! Посмотри, кого хороним! Угодника Божия хороним!» А небо, по словам матушки, все было в розах, и солнце играло как на Пасху... Почти о том же рассказывала и Аннушка, у которой жил о. Антоний, только упоминала о белых сияющих цветах в небе и на деревьях. Нужно отметить, что это была поздняя осень, и о каких-либо других цветах, кроме как чудесным образом явленных, не могло быть и речи.
Так же дивно на похоронах батюшки произошло исцеление тайной монахини Христофоры (Пчелинцевой), с почти недействующей рукой. Ей предложили проводить батюшку и немного понести гроб. На что она отвечала, что едва сможет поднять руку и немного пройти. Все же с трудом взявшись за гроб, она до самой могилы его несла, не уступая другим. На все уговоры отвечала: «Я получила исцеление, и не отпущу. Буду нести до конца!» Так и пронесла до самой могилы сама, хотя сначала не могла и руки поднять.
На сегодняшний день прошло уже 60 лет со дня смерти о. Антония Ткачук, но люди до сих пор его помнят и ходят на его могилку. Батюшка умер своей смертью, но никто не сомневается в его исповедническом подвиге ради Христа. Кто-то служит литию, кто-то просто просит о помощи и получает ее. Милостью Божией, потихоньку собираются свидетельства о реальной помощи батюшки просящим в совершенно разных нуждах.
Вот одно из них: монахиня Прискилла рассказывала, как много лет назад, в 60-х гг., она пришла к о. Антонию на могилку с маленьким сынишкой Славиком. У него жутко распухла нога, даже обувь одеть было не возможно. Мальчик наотрез отказывался идти к врачам, а на предложение матери сходить к о. Антонию, согласился. Поставив его у могилки батюшки и сказав, чтобы он просил, как мог, и земелькой потирал больную ногу, сама пошла навестить родных (их могила была неподалеку). Через некоторое время, вернувшись к могиле дорогого батюшки, мон. Прискилла поинтересовалась у Славика, почему он не потирает ножку земелькой, на что получила радостный ответ сына, что все прошло. И правда, нога, на которую, и наступать было больно, приняла совершенно здоровый вид! По словам матушки Прискиллы, она и после часто приходила к о. Антонию со своими скорбями.
Спустя много лет людская молва не умолкает. Многие прихожане разных храмов города приходят к батюшке. Усилиями верующих Казанского прихода и многих других, были установлены новые, почти трехметровые кресты на могилах иерея Антония и иерея Михаила (могила его находится рядом по левую руку от могилки о. Антония), поставлена новая кованая ограда. В день памяти иерея Антония (18 ноября) служатся панихида и лития об упокоении обоих усопших пастырей. Многие люди, побывавшие на молитве у могилы о. Антония, рассказывали о радостном состоянии души: «Как после Божественной литургии!»
